Кирка

В городе я его не сразу приметил. В городе он прятался среди углов и теней. Большой тихий мальчик

В лесу Кирка был похож на большую внимательную птицу. Вытягивал голову, хлопал крыльями – здесь его должны были видеть. Здесь он был старшим.

Он чинил сломанную лыжу, словно лечил человека. Деловито, словно не было на свете других дел. Не спеша, словно не мерзли руки.

Я подошел:
- Помочь?
- Присядь. Просто побудь рядом.

Он не был моим учеником. Хотя иногда уверял, что я его чему-то научил. Мне это льстило.

Он никогда не просил: покажи – как ты это делаешь? Он смотрел. Потом делал сам. Получалось.

Он всегда готов был идти первым. И в ту пещеру на Мангупе тоже. Метров триста обрыва под нами. Забрались:
- Кирка?
- Серафимыч?
- Что с тобой?
- Хочется лечь на воздух.

За любимых им людей он был готов на всё. Помню, подрался он с Лёвкой Брагинским. Из-за ерунды? Точно так. Но считал, что вступился за любимую женщину. Значит, так оно и было.

Как-то пришел ко мне:
- Дурацкая ситуация, Серафимыч.
- Что так?
- Я – здоровый балбес, а чувствую себя ребёнком.
- Это не скоро пройдёт, если пройдёт вообще, – смеюсь.
- Нет, серьёзно. Как повзрослеть?
- Деньги есть?
- Немного есть.
- На ботинки хватит?
- Хватит.
- Купи себе ботинки.
- Зачем?
- Купи.

Приходит в новых ботинках. Говорит: "Ты прав был". Значит, так тому и быть.

Несправедливости он не терпел. Не сумел я научить его конформизму. Сам-то похоже, на старости лет, научился.

Помню, подрабатывал он у меня грузчиком – книги таскал. Толкнул его кто-то из бандитов и не извинился. Я успел добежать только когда он уже того бандита метелил. Еле оттащил.
- Свихнулся?
- Наука будет.

"Не обижай никого", – талдычил я ему. "А что добро с кулаками должно быть, кто говорил?" – откликался он. "Никогда не знаешь, где оно – добро, а где – зло". "Враньё это всё. Зло бывает абсолютным".

Жил на свете Кирка. Большой повзрослевший мальчик. Влюблялся, дрался, тосковал, заходил в гости.

Шел Кирка по зимнему лесу. Надо было ему пройти всего-то одну станцию. Навстречу толпа местных подростков. Попросили прикурить. Затеяли драку. Слишком много их было. Избили – ушли. Он полежал в сугробе, очухался вроде. И поплелся дальше. Дошёл до домов. В голове мутно. Стал стучаться в двери – пересидеть, в себя прийти. От дома к дому – никто не открыл.

Замёрз Кирка. Не стало его.

*****

Кирилл Ретинский (1974-1995). Нелепая надпись.

*****

Иногда смотрю в ночное небо. Иногда смотрю на дно морское. Иногда просто – в траву лицом.

Погоди, Кирка. Ничего, я побуду рядом?