Малаховка-85

В Малаховку мы с Игорем попали по делу: кто-то должен был всучить нам книжку нехорошего автора (кажется, Оруэлла) для дальнейшего тиражирования посредством иностранной машины типа Xerox. Героическая часть на этом заканчивается, переходим к романтической.

На одной из соседних дач нас ждали Соня и Маша, они были готовы передать в наши надежные руки "Римские элегии" Бродского (симпатичное такое издание). Сонечку я знал по театру, она была златогривым ангелом с соответствующим голосом. Игорь был ею очарован. Я же оторопело таращился на Машеньку, женщина с таким порочным взглядом встретилась мне впервые.

Помимо сексуально пригодных дев, в доме находилась еще пара бабушек, которые напоили гостей чаем с вареньем и выпихнули от греха, восвояси. Девицы, поддерживая светскую окололитературную беседу, проводили нас до станции. Сказать, что мы очень спешили? - так нет. Последняя электричка. Двери закрываются. Машенька, чмокнув обоих на прощанье, вдруг игриво произносит: "Ждем вас ровно через неделю. Старушки будут в Москве"…

Неделя прошла в научных и прочих трудах: я рисовал диплом, Игорь - кандидатскую. В субботу с утра, вооружившись двумя бутылками шампанского и "отксеренными" книгами, мы отправились в Малаховку.

Для разминки мы заехали на дачу, где праздновали какой-то семейный праздник мои добрые друзья Лёша и Алла. С ними отправились на озеро. Всё было поначалу очень чинно: паленое мясо, паленая водка, опальные песни. Потом перешли на хозяйский самогон. И понеслось…

Игорь, предвкушая встречу с ангелом, пил маленькими глоточками и не ронял честь интеллигента во втором поколении. Я же, будучи взбудоражен предстоящим свиданьем с демоном, хлебал все, что наливали, и завершил празднество пьяной разборкой с виновником торжества, который счел меня коварным соблазнителем его прелестной жены. Да, мы ходили за земляникой. Но не более.

Помирились. Допили самогон. Разошлись. Смеркалось. Брели тенистыми аллеями. Старший придерживал младшего. Вдали мерцает знакомое окно. Две девицы за окном… Мы прибавили шаг.

Стучимся, дверь открывает какой-то толстый бородатый мужик.

- Простите, - тут же срываюсь я на крик, - а где же Соня и Маша?!
- Дома. А вы кто?
- Мы по делу, - находится Игорь.
- По делу! - подтверждаю я, и достаю шампанское.
- Проходите, - говорит толстяк, - я - Машин брат.

Полегчало. Брат, это нестрашно.

Как бы не так. В доме за столом сидели еще два мужика. "Во, братьёв набежало", - подумалось мне. Но тут появилась она, и я перестал обращать внимание на других. Ах, Машенька…

И снова что-то ели, пили, пели. Я уже не пьянел, но чувствовал, как с каждой опрокинутой рюмкой у меня на несколько десятых поднимается температура. Демоническая Маша терлась коленкой о мою ногу, облокачивалась на мое плечо, хихикала над моими дурацкими песенками. А потом поволокла к выходу.

Далеко мы не ушли. Между их дачным забором и зарослями кустов, окаймляющих дорогу, обнаружилась весьма уютная прогалина, на которой мы и разместились. О, да она была большой затейницей. Я же пьяно завалился на спину и, помнится, театрально оправдал свою неспособность шевелиться тем, что мол "я есть земля, из которой всякое-якое растет". С кустов неслышен, невесом слетал запретный плод…

Крики раздались как-то сразу и вдруг, причем над самым ухом. Нас искали. Потом вопли стали удаляться и стихли. Мы короткими перебежками добрались до дачи. На диване восседали Игорь и Соня. "Живы!" - выдохнули они одновременно. "А чё стряслось-то?" - поинтересовался я. Тут наперебой заговорили все, в том числе, Маша.

Смысл их слов сводился к следующему: нам не успели объяснить, что мы попали на смотрины, Машин брат и его друг, привели еще одного друга, которого прочат Маше в мужья; более того, Маша уже дала согласие, поскольку жених завидный, из хорошей армянской семьи; нас хватились поздно, Игорь попытался воспрепятствовать поискам, но друг брата ухватил нож и бросился на него; Игорь нож отобрал и решил, что со всем остальным я разберусь без него, благо на Соню ни у кого из присутствовавших никаких видов не было…

Едва я успел осознать сказанное, как в дом вломились трое мужиков - совокупная масса противника составляла более двухсот килограммов, что примерно вчетверо превышало порог, установленный для моей весовой категории.

Первым со мной говорил брат. Ему я сообщил лишь, что не имею пока серьезных видов на его сестру, но все течет и т.д. Он пообещал мне "в случае чего" оторвать голову и грузно плюхнулся на диван.

Вторым был сам жених. Его вопросы меня несколько обескуражили. Мальчик из хорошей семьи интересовался:

- Было у вас?
- Ну…
- Ты ее имел?
- Нуу…

И окончательно добил меня вопросом:
- Ты в нее кончал?
- Нууу…

Удовлетворившись моими ответами, жених тоже отвалился на диван.

И тут на сцену вышел он. Этот разговаривать не собирался. Утешало лишь то обстоятельство, что у этого субъекта нетрезвый Игорь сумел отобрать нож.

- Пойдем, выйдем? - не слишком оригинально начал он.
- Пойдем, - обреченно вздохнул я.

Мы вышли за ворота. И началось. Как выяснилось позже, мужик был профессиональным… сборщиком бутылок. Действовал он излишне прямолинейно, а потому неизменно падал. Бить, я его не бил. Так, подсекал, толкал. Со стороны посмотреть - умора. Но всякий раз он вставал и снова шел. Вставал и шел на меня. Я понимал, что проникаюсь уважением к мужику, это мешало двигаться.

Светало…

На мне были светлые брюки и подобранная в тон рубашка. Я шел на свиданье.