Полька

- Такого со мной ещё не было. К соседям гости приехали. И девчонка Кристина из Польши. Вот. Белая. То есть блондинка. Ну, примерно как нам. Четырнадцать, наверное. Может, пятнадцать. У неё мамаша такая толстая. А Кристина, она на нашу Инку похожа. Губки бантиком. И ходит так прямо, как балерина. По-русски говорит немного. Я так понял, они в Москву за золотом приехали. Эта Кристина мне показывала. Пара колец золотых обручальных, серьги, там браслет. Я не всё видел. У них в Польше дороже. Они уже не первый раз приезжают. Только раньше Кристина маленькая была. Её не брали. А теперь взяли. Вот. А в пятницу она мне говорит: "Хочешь в Большой театр?" Это как? - спрашиваю. "Хочешь или нет?" И такая злая стала. Я говорю: у меня экзамены, я не знаю. "Ну и дурак", - говорит. Нечего поддакивать. Может, она мне не нравится. Вот. А потом мама говорит: "Иди, когда ещё будет такая возможность". Ну, да. Я же говорю: были мы в субботу в театре. Балет "Щелкунчик". Я раньше ни разу не был. В Большом. Да я не знаю даже. Слушай. С нами мамаша её попёрлась, вся в золоте. Я думал, - провалюсь на месте. Но у мамаши билет в партер был, а у нас на бельэтаж. Ну, вот. Сидим. Программки. Бинокли. Я наверное что-то балет не люблю. Кино точно лучше. В перерыве мамаша дала нам по будерброду с икрой. С чёрной. Они богатые. Только боюсь, за билет мама платила. Вот. Ну, ладно. Но после перерыва - чума. Она мне говорит: "Я скоро уеду. Понимешь?" Я ей, типа, а что будешь летом делать? А она: "Скучать буду". А разве у вас там скучно? "Скучно. Без тебя мне скучно будет". Я охуел. Нет, правда. Прикинь. Я её вижу третий раз. Она послезавтра уезжает. Я в эту Польшу никогда не приеду. Мама пробовала в Югославию, не прошла собеседование. Короче, я как дурак. Не скучай, говорю. А она в слёзы. Ну, честное слово. Разревелась. "У тебя есть другая?" Ну. Мне что было ей про Линку рассказывать? Так с Линкой - сам знаешь. Чего? Да ничего с Линкой. А эта ревёт. Уже второе действие началось. Садимся. Она носом хлюпает. Красная вся. На нас даже смотрят. И ничего не сделаешь. Не уйдёшь же. Потом она успокоилась вроде. Села такая вся прямая. Потом наклонилась и что-то по-польски сказала. И лыбится. И вдруг она в темноте такая вся красивая стала. Я даже обнять её захотел. Сам дурак. На нас же смотрели. И тут она... Саня, только не надо никому... тут она мне руку так на колено кладёт и пальцем гладить начинает. Саня, я просто... нет, не знаю... Я думал меня разорвёт. Вот только что я её не любил, а тут уже думаю - какая же она офигительная. А она пальцем гладит так, на меня не глядит. Думаю, может поцеловать её прямо тут, хрен с ним, что смотрят. И она как раз ко мне голову поворачивает. Я говорю: Кристина... А она: "Знаешь, что я тебе сказала?" Я: ну, нет, ты же по-польски. А она: "Я сказала, чтобы ты катился к чёртовой матери". И кулаком по колену... Сань, я вот думаю: это она когда врала - тогда или раньше? Завтра же уезжает. Я понять должен.