Территория

Восьмой класс я заканчивал с грехом пополам – то есть не отличником. Мама, уходя из дома, всякий раз смотрела на меня с укоризной – вместо того, чтобы готовиться к экзаменам, я читал Вальтера Скотта. Когда дверь за ней закрывалась, я доставал с верхней книжной полки произведение польского автора о сексе, без картинок.

И вот, когда я уже привычно приставил стул поближе к книжному шкафу, – звонок в дверь. Кого еще нелегкая принесла? За дверью – пёстрая делегация. Пара одноклассников и Володька Князев – предводитель капотнинской шпаны.

- Выходи, Жека!
- А что случилось?
- Идем дзержинских бить.
- У меня экзамены…
- У всех экзамены.
- Сейчас. Оденусь и выйду.

Населенные пункты Капотня и Дзержинский имели четкую границу – московскую кольцевую автодорогу (МКАД). И все же порой возникали пограничные конфликты, которые разрешались на мосту через "москвареку" (произносится слитно с ударением на a, пример: "айда на москвaреку!"). Я в этих разборках не участвовал никогда. Но ко мне никогда раньше не заходил Князь.

Почему на мосту? Потому что мост был нейтральной зоной. Это не анекдот: алкаши, чтобы их не трогали, любили выспаться на разделительной полосе МКАД – по негласному согласию московские и подмосковные менты их не трогали ("Это не мой участок" – "И не мой"). Но мост был особенным местом – он разделял четыре района столицы и Подмосковья, еще более запутывая ситуацию с правопорядком.

К мосту мы шли пешком. Километра три. Человек сто. Пили портвейн "Золотая осень" и горланили "Не плачь, девчонка". Дзержинские ждали.

По дороге мне вручили прут, который я боялся подбрасывать (как другие) – чтобы не осрамиться. Прут мне не пригодился. Зато пригодился белобрысому дзержинцу – он отнял его у меня и пребольно саданул по колену, позволив мне тем самым (без особой чести) выбыть из борьбы. А вокруг шумела битва…

Менты так и не появились. Зато появились мужики (дембеля). Наши – капотнинские. Они приехали на 95-м автобусе. Человек двадцать. Дзержинские с позором бежали. Кто-то прыгнул с моста. Все ждали: вынырнет – не вынырнет? Вынырнул.

Вскоре приехал грузовик. Раненые погрузились и поехали в больничку. Там дембеля добыли пару литров спирта. Наливали в мензурку по 50 граммов. Я выпил. А потом рассказывал Князю, как в первый раз попробовал спирт в 10 лет – долго рассказывал, пока не уснул.

Разбудили меня около двери. Прислонили, позвонили, убежали. У мамы был такой растерянный взгляд.

Позже она спросила:
- Зачем ты пошел?
- Не знаю.
- Ты не мог отказаться?
- Мог.
- Почему не отказался?
- Не знаю.
- Тебе угрожали?
- Нет.
- Что у тебя с ними общего?
- Не знаю…

Прости, мама, я врал тогда. Всё мне было понятно, всё о себе я знал. Понимаешь, мама, вот был к примеру Епископ Кентерберийский, ну или там Дон Кихот Ламанческий. А я кто был? Просто "Жека"? "Финкель, к доске!"? Зато теперь, мама, я был Жека Капотнинский. Моя территория. Понимаешь?