Пластилин

– Фу, какая гадость.
Л.Брагинский


Лёшка был малым шабутным, но без придури. Про таких учителя говорят: "Хороший мальчик, активный". Делал уроки, бегал кроссы, иногда взрывал патроны в яблоневом саду, раскинувшемся под его окнами.

А ещё была у Лёшки тайна. Настоящая. Он и мне-то рассказал не сразу.

Лёшка лепил из пластилина другой мир. Там всегда была война, две крепости, много-много солдат. Он точил на токарном станке маленькие пушечки, сверлил в них дырочки, делал дымный порох из угля, селитры и серы. Он капал расплавленным свинцом через дырявую ложку в стакан с водой, а потом выуживал гладкие дробинки – ядра. Он строил между крепостями деревни из спичечных коробков, обречённые на смерть. Раздавал имена и награды.

Потом была война. Когда лёшкины родители уходили на работу, а Лёшка притворялся, что болеет. Он расставлял толстые картонки по комнате, открывал окна и говорил торжественно: "Сегодня, девятого апреля тясяча девятьсот семьдесят седьмого года синие бросили вызов красным. Вызов был принят. Красные дали первый залп". Он подносил спичку к латунной пушечке, и первое гладкое ядро врезалось в синюю крепость. Синие отвечали адским огнём. Красные ворота опускались на ров, и бравые гвардейцы выступали в поход. Им навстречу уже неслись уланы синих. Красные, отступая, поджигали первую деревню. Из крепости по коннице били пушки. Отступление, снова атака и снова отступление. Армии прячутся за крепостными стенами. Стены не спасают от гладких ядер...

Лёшка не любил перемирия. Война велась до последнего целого бастиона, до последнего улана, до последнего гвардейца, до последней дробинки.

А на следующий день Лёшка снова лепил из пластилина другой мир. Лучше прежнего. Мне разрешалось смотреть.

Но была у Лёшки настоящая тайна.

Он бы не рассказал. Но очень ему хотелось.

Сестра лёшкина Юлька была старше нас лет на пять. Она уже в школе не училась. И была такая красивая. Ну, не знаю, как сказать. Очень была такая вся.

Мы в неё не влюблялись, куда нам. Мы только смотрели. А Лёшка... подсматривал.

Подсматривал всегда и везде. За это Юлька его била.

Но это ещё не та тайна.

Лёшка решил слепить Юльку из пластилина. Настояшую, голую. Не очень большую. Чтобы не нашли.

Лепил много дней, очень старался. Но получалось некрасиво. Лёшка знал, как надо, он подсматривал.

Вот она, настоящая тайна.

Лёшка мне рассказал, но не показывал. Он говорил, что наверное станет скульптором теперь, чтобы научиться.

...

В "красном магазине" был отдел канцелярских товаров. Там продавали пластилин. У меня было десять рублей, на марки от дяди. Я купил двадцать коробок пластилина. Открыл книжку "Искусство Древней Греции" на странице с Афродитой. Она была немного похожа на лёшкину Юльку.